Честно было немного не по себе.
Пострадали секретарша Джени и слесарь-сантехник Джон. У нее был любовник Мартин, а у него жена и куча маленьких детишек. Теперь у Мартина нет подруги, а у семьи кормильца.
Они виноваты?
Слезы близких людей, родственников и сочувствующих на столько обильны, что, слившись, могут образовать океан. И спорить о том виновата Америка али нет не имеет смыла. Хотя бы до тех пор, пока он не высохнет.

Виноваты отморозки для которых ничего не существует, ни морально – этических ценностей, ни духовного комплекса. Вообще ничего. И сердце их пусто. И мозги отсутствуют.

Дрожащий, Монтекки.

Жил-был сантехник. У него была жена, ребенок (у белых американцев по многу детей не бывает), счет в банке и хобби. Вообще-то белого американца в сантехниках тоже нечасто увидишь (я так представляю), но пусть будет. А может он все-таки был цветной? Ну неважно.
Он был богат и здоров. И любил свою страну. Он слыхал, что в мире бедных и больных гораздо больше, чем богатых и здоровых. Но особо не думал об этом. Он же не мешал всем бедным и больным стать богатыми и здоровыми, верно? Где-то смутно он чувствовал, что родись он в Эфиопии или Ливии, он был бы все-таки бедным и больным несмотря на то, что никто бы ему не мешал стать богатым и здоровым. От этого он еще больше любил Америку и гордился, когда Америка помогала Эфиопии спастись от голодной смерти. Он никогда не думал, отчего так получается, что хотя в обоих случаях никто не мешает стать богатым и здоровым, в одном случае им можно стать очень легко, а в другом проще лечь и умереть. Что многие люди, не в силах стать богатыми и здоровыми, и делали.
Сантехник ходил на работу в разные места, где требовалось прочистить трубу или сменить сорванный вентиль. В тот день ему пришлось работать на 89 этаже огромного билдинга. Это был последний день его жизни. Какой-то псих из числа тех, кто не смог стать богатым и здоровым, сшиб билдинг самолетом, как кеглю шаром. Псих решил помереть именно таким способом, думая, что благодаря этому на том свете он будет богатым и здоровым, а наш сантехник - бедным и больным. Псих стоял за справедливость. У него померла мать в бомбоубежище, куда богатые и здоровые метнули бомбу, чтобы помочь бедным и больным избавиться от психов в правительстве и стать богатыми и здоровыми. А сестра психа тоже померла, когда рожала 12-го ребенка, бедного и больного по определению. У нее не было лекарств, т.к. богатые и здоровые по ошибке разбомбили фармацевтический заводик. Целились в психов, но не попали. Они извинились, но она все-таки померла.
И вот они оба померли, хотя один был богатым и здоровым, а другой бедным и больным.
И когда они пришли на тот свет, оба думали, что сейчас-то все встанет на свои места. Сантехник считал, что ему полагается компенсация за недожитую богатую и здоровую жизнь, а психу было наплевать на богатство и здоровье - он мечтал обнять мать и сестру. При жизни Боги у них были разные: у сантехника обнаженный распятый молодой человек, у психа закутанный в белое покрывало хозяйственный начальник. И каждый из них молился именно своему Богу, доказывая другим, что это правильно. Но здесь полагать, что их отведут в разные комнаты к отдельным специальным Богам было как-то глупо. Поэтому они здесь уже не спорили, а терпеливо ждали, когда Бог их примет. Они вдруг вспомнили, что оба их Бога снисходительны и милосердны к людям. И поняли, что сейчас именно это для них важно, а не то, как Он одет.
Они ждали, а Бог их не принимал. Бог плакал. Он плакал уже которое столетие и никого не принимал. И Его слезы лились и лились в невидимый страшный океан.

Он создал все. И сказал. Но один маленький ангел хотел тоже сказать. И был проклят. Но его создал он. Значит Он и Он одно лицо? И они сказали: "хорошо"...

НОС В ПЕНЕ

На прошлой неделе свободолюбивая общественность горячо обсуждала один вопрос: стоит ли России поддерживать США или не стоит. И если поддерживать, то как? Морально или физически?
Жаркие дискуссии велись повсюду: на теле- и радиоканалах, в газетах и журналах, в академических учреждениях и на рынках, в элитных клубах и привокзальных пивных. Политики и политологи спорили друг с другом до хрипоты, неизменно приходя к единственно верному выводу: нельзя бомбить всех подряд, потому что тогда пострадает мирное население, а не только террористы. Поэтому мировое сообщество должно заставить Штаты одуматься, и пусть Россия возглавит этот праздник гуманизма под лозунгом “Не допустить ковровые бомбардировки!”.
У сторонних наблюдателей горячие споры вызывали недоумение по трем пунктам. Первый: война до сих пор не началась, никто не бомбит всех подряд, ковровых бомбардировок, соответственно, тоже не заметно, и неизвестно еще, будут ли они иметь место. То есть истерика как бы несколько преждевременна. Второй: в Чечне мы-то сами бомбили и бомбим именно что всех подряд — и ковровым способом, и квадратно-гнездовым, и каким придется. И про мирное население почему-то никто из политиков-политологов не вспоминает. Третий: в любом случае США не остановить, война уже объявлена, и не имеет никакого значения, нравится это кому-то в России или нет. У американцев в сложившейся ситуации есть право принимать решение самостоятельно, не считаясь даже с мнением мирового сообщества, которое все равно на их стороне. Поэтому все эти “остановить, не допустить” — пустое сотрясение воздуха, и больше нечего.
Впрочем, помимо пустого сотрясения жаркие споры прошлой недели служили еще одной цели. Они помогали развивать демократию. Принимая в них участие, всякий политик-политолог показывал себя — свой широкий кругозор, диапазон и спектр, — а все вместе они демонстрировали плюрализм мнений и либеральное устройство общества, в котором каждый имеет возможность высказаться и оказать влияние на принятие государственного решения.

* * *
Весь плюрализм закончился ровно в понедельник, когда президент Путин объявил с в о е решение, сформулировал пункты и зачитал обращение. Все. С этого момента тема участия или неучастия России в войне прекратила свое существование. Вопрос отпал. Теперь на эту тему не высказывается ни один политик, политолог, журналист, финансист, милиционер и сторож. Проехали.
...Давным-давно была у нас такая радиопередача — “Производственная гимнастика”. Каждый день ровно в одиннадцать родной голос диктора медленно и нараспев читал чудный текст. Те, кто его раз услышал, не забудут никогда: “Рууки влеево, рууки впрааво, наклонииться, выыпрямиться”. Представлялось, что вся страна в эти минуты отрывается от своих станков, кульманов, прилавков, рулей, штурвалов, встает из кресел, выходит из-за столов и в едином порыве водит руками впрааво-влеево. Лысые начальники в костюмах, толстые продавщицы в ватниках, злющие секретарши на каблуках, задумчивые ученые в очках, грузины в кепках, узбеки в тюбетейках... Вдоох-выыдох, рууки влеево, рууки впрааво.
Единодушие, с которым нынче принимаются любые решения и заявления президента всеми политическими и неполитическими силами без исключения, напоминает ту незабвенную производственную гимнастику. Двигаемся все вместе, медленно и изящно: влеево-впрааво, влеево-впрааво, наклонииться, выыпрямиться...

* * *
Поняв бесперспективность дальнейшего обсуждения американских военных стратегий, свободомыслящие интеллектуалы тут же переключились на другую задачку. Те же самые лица, что на прошлой неделе рассуждали на тему США, на этой неделе ломали голову над вопросом: “Семьдесят два часа на сдачу оружия в Чечне — это ультиматум или не ультиматум?”
Вопрос оказался не из легких. Опять дискутировали, опять ломали копья, потели, припоминали косвенные и прямые признаки ультиматумов, доказывали и опровергали.
У посторонних наблюдателей споры политиков-политологов вызывали, как водится, недоумение. О чем говорить, если все равно оружие в Чечне никто не сдает и сдавать не будет? Хоть семьдесят два часа ты им дай, хоть сто семьдесят два — результат все равно один. Проверяли много раз. Чеченец, сдающий оружие, — такой же абсурд, как постное сало или говорящая кошка.
Да и в любом случае — чеченец ты или не чеченец, но если ты живешь там, где война, где нет власти, нет милиции, где никто никого не защищает, — оружие просто необходимо. Иначе не выжить. В любой момент к тебе в дом может вломиться компания грабителей, или банда перекроет трассу, чтоб отнять машину, взять тебя в заложники. Что ты будешь с ними делать без ствола? Отбиваться справкой об амнистии, которую тебе выдали взамен автомата?..
Нет, в Чечне безоружному — крышка. И не надо строить иллюзий по этому поводу и требовать от чеченцев невозможного. Серьезным людям, представляющим руководство огромной страны, это даже как-то не к лицу. Несолидно.

* * *
По всей видимости, семьдесят два часа, объявленные Путиным, действительно играли роль ритуального жеста. Расчет был не на то, что боевики сдадут оружие, а на что-то другое. Может быть, сессия ПАСЕ должна была оценить великодушие, проникнуться и одобрить нашу политику в Чечне. Или это США должны были проникнуться и перекрыть каналы финансирования чеченских боевиков бен Ладеном. Или еще что-нибудь в том же роде — заумное, закулисное...
Отечественные чиновники тем не менее восприняли ультиматум близко к сердцу и бросились разворачивать пункты сдачи оружия (мне представляется, они должны открываться там, где раньше пустые бутылки принимали), а также печатать тысячи листовок и раздавать их на рынке, дабы донести добрую весть до населения и вырвать заблудшие души из когтей прожженных бандитов.
Политики и политологи также отнеслись к ультиматуму со всей серьезностью и все семьдесят два часа обсуждали: будут сдавать боевики стволы или не будут сдавать, и как быстро пойдет дело, и уложатся ли они в назначенный срок, и не надо ли добавить еще пару часиков?
Но если с поддержкой американцев эксперты расходились весьма резко (они ведь тогда еще не знали позицию президента, не на кого было равняться, вот и махали руками вразнобой), то насчет ультиматума высказывались схожие мнения. Ах, президент такой великодушный, это так мудро... Вдоох-выыдох, рууки влеево, рууки впрааво.
На самом деле про Чечню уже просто боятся что-то говорить. Потому что тема такая: что ни скажешь, все будет по президенту удар. Задеть Чечню — все равно что задеть президента. Там больное место, там провал. Он обещал расправиться с террористами, а не получается. И что делать — неизвестно. И Шойгу, как в Ленск, не пошлешь... Президента раздражает любое необдуманное слово на чеченскую тему. Вон он как на Немцова набросился, а тот ведь всего лишь сказал, что неплохо бы о переговорах подумать. Вот поэтому разумные политики Чечню и стараются стороной обходить. Все очень деликатно — ни критики, ни острых высказываний, только очень-очень общие слова. Наклонииться-выыпрямиться...

* * *
С каждым днем к производственной гимнастике подключаются все более широкие слои.
Собственно, почти все уже и подключились. На минувшей неделе сдался один из самых упорных слоев — правозащитные и прочие “не идущие вместе” общества и союзы граждан. После долгих уговоров и переговоров они согласились участвовать в феерическом Гражданском форуме, который состоится в ноябре по заказу Администрации Президента на деньги, добытые Администрацией Президента, ради того, чтоб продемонстрировать мировому сообществу наличие в России гражданского общества и его тесное взаимодействие с властью.
Президенту это нужно. Нужно, чтоб у него, как у всех демократических правителей, было гражданское общество, причем не из одних только филателистов и садоводов, которых собрать — раз плюнуть. Нужны именно правозащитные организации. Их всего штук двадцать в стране, но на Западе знают только их, и если их на форуме не будет, мировое сообщество не поверит, что у президента есть гражданское общество.
Примечание. Здесь необходимо отметить, что наши власти пребывают в некотором заблуждении по поводу термина “гражданское общество”. Они уверены, что это простая совокупность общественных организаций страны. Но гражданское общество — это совсем другое. Это с о с т о я н и е души и ума. Форма существования мыслящей материи. Это когда граждане знают, что они могут потребовать от властей каких-то действий, и власти обязаны принять их требования во внимание.
А когда общественные организации собираются в одном зале, чтоб президент сфотографировался на их фоне, и дата собрания назначается исходя из рабочего графика президента, то это никакое не гражданское общество. Это производственная гимнастика. Влеево-впрааво, наклоониться-выыпрямиться.
Впрочем, ошибки в толковании властями термина “гражданское общество” легко объяснимы. Им-то самим гражданское общество совершенно не нужно. Им как раз нужна всеобъемлющая производственная гимнастика.
Сомневались правозащитники долго. Полгода торговались-рядились. Вопросов много. Во-первых, на какие деньги пировать? Ведь собрать на форуме планируется десятки тысяч людей со всей России, и всем надо оплатить билеты, разместить в гостиницах, кормить-поить, обслуживать. Это сотни тысяч долларов, а откуда они у Администрации Президента? Наверняка какой-нибудь олигарх выложит. Заплатит дань властям за то, что разрешают ему обворовывать страну. Хм. Ну и к лицу ли правозащитникам кушать этаких рябчиков?
С другой стороны, собраться всем вместе было бы, конечно, здорово. Когда еще удастся? И Администрация Президента жмет на больное: “Мы же хотим с вами работать, хотим контактировать. Но как нам взаимодействовать, если вы не хотите даже вместе собраться?”
Хм. Звучит убедительно. К лицу ли правозащитникам отказываться от протянутой руки? Они же сами всегда ищут подходов к власти, путей взаимодействия и влияния. А теперь, когда его несут им на блюдечке, хотят повернуться задом. Глупо это. Не по-взрослому.
Примечание. Здесь необходимо отметить, что наши правозащитники пребывают в некотором заблуждении насчет термина “взаимодействие с властями”. Власти станут “взаимодействовать” с гражданами, только когда те з а с т а в я т их взаимодействовать. А вот так, по собственной инициативе, они никогда этого делать не станут. Создавать видимость, плодить имитации, декорации — это да, это они могут. Но считаться с людьми власти будут только тогда, когда люди в ы н у д я т их считаться с собой. По доброй воле здесь ничего не делается. По доброй воле взаимодействие воплощается только в производственную гимнастику. Влеево-впрааво, вдоох-выыдох.

* * *
Заканчивалась производственная гимнастика командой “Переходим к ходьбе на месте” и жизнеутверждающим мотивом того, кто с песней по жизни шагает и никогда и нигде не пропадет.
Соответственно, последним аккордом производственной гимнастики минувшей недели предлагаю считать указание главного эпидемиологического врача, широко озвученное средствами массовой информации: во избежание заражения гриппом гражданам следует натирать нос пеной от хозяйственного мыла.
Согласитесь, все это, взятое вместе, как-то очень удачно монтируется. Ходьба на месте с носами, натертыми пеной, и непременно под музыку — вот залог нашего успеха. Так мы действительно никогда и нигде не пропадем.

//Здесь необходимо отметить, что наши правозащитники пребывают в некотором заблуждении насчет термина “взаимодействие с властями”. Власти станут “взаимодействовать” с гражданами, только когда те з а с т а в я т их взаимодействовать. А вот так, по собственной инициативе, они никогда этого делать не станут. Создавать видимость, плодить имитации, декорации — это да, это они могут. Но считаться с людьми власти будут только тогда, когда люди в ы н у д я т их считаться с собой. //

Гениальное словоблудие.

http://www.yabloko.ru/Forums/Main/posts/174767.html

а зорро еще тот?:
http://www.avin.delfa.net

A кoгдa Oн этo слышит, думaете, чтo oн делaет?
Прaвильнo ,oн плaчет, ему жaлкo этих людей
и дaлекo дo их мaленьких дoмoв.
Нo этo их не смущaет, oни уверены чтo oн плaчет пo другoму пoвoду.

А Вы подумали, будто я рад, что Америка пропустила гол в свои ворота? Странно.

А что до кощунства - по этому поводу что ни скажи, все будет отдавать кощунством. Настолько часто эти беды стали происходить. Привыкаем помаленьку. Даже минуты молчания как-то нелепо выглядят. Мы готовы привыкнуть к чему угодно, лишь бы не изменяться самим. Америка по привычке хватается за кольты, как и 200 лет назад. Россия как и 200 лет назад при встряске начинает ощупывать свое огромное тело - все ли на месте. Не дай бог, что-то отвалилось. Америка все ненужное отстреливает, Россия все ненужное пригребает к себе.

Это здесь мы все такие разные, голубые и красные. А ТАМ мы все будем страшно одинаковые. ТАМ нет ни границ, ни флагов, ни национальной гордости.

...Савва Морозов не имет национальности. Он вне времени и пространства. Савва - это ТИП ЧЕЛОВЕКА. Савве интересно дать денег Сцоиал-революцьенеру или на другой терракт. Но позвольте!!!! Тогда найдется тот Савва, который ради интереса захочет угролбить мир? Да. У людей произойдет все, что может произойти. Причем, Корягина где-то тут может быть и права. Этот Савва должен быть за кулисой. Т.к. ПУБЛИЧНАЯ ПОЛИТИКА шизоидов у руля отсеивает. Его видно. Он неудобен. За него стыдно. А вот за кулисой, в суфлерской САВВА ДОЛЖЕН БЫТЬ. Значит он ТАМ уже?...